Три фактора угрожают безопасности стран Центральной Азии

Бахром Хамроев отметил, что в регионе есть опасности посерьезнее, чем боевики-радикалы.

Тема региональной безопасности на постсоветском пространстве никогда не теряла актуальности. Если говорить о Восточной Европе, то там проблема безопасности тесно упирается в политику — решающий фактор связан именно с НАТО.

Совсем другое дело — страны Центральной Азии. Десятки лет проблема региональной безопасности в этом регионе ассоциируется с религиозными радикалами, экстремистами, нестабильной ситуацией в Афганистане.  Действительно ли все ограничивается только боевиками с не совсем понятными целями? Способна ли Турция поддерживать безопасность в регионе или преследует там совсем иные цели? Редакция CentralAsia.news обратилась за комментарием к эксперту по центральноазиатским странам Бахрому Хамроеву. 

«Строгий режим»

Собеседник начал вовсе не с традиционных фраз о международных террористах, радикализации в обществе или ситуации в Афганистане. Хамроев указал на опасность авторитарных режимов в некоторых государствах Центральной Азии, куда включил Киргизию. Он считает, что авторитарность напрямую связана с критическими проблемами внутри страны, которые переплетаются потом с общей ситуацией регионе.

— Я не случайно отметил в этом ряду Киргизию. Еще недавно ее бы вообще не включил в этот список. Однако в результате последних изменений в политической системе республики режим правления в этом государстве стал президентским. К сожалению, именно такой режим в регионе стал синонимом авторитаризма, поэтому на будущее этой страны я смотрю с обеспокоенностью, — констатировал Хамроев.

Если в Казахстане за счет природных ресурсов еще обеспечивается относительно приемлемый уровень жизни населения, то в условиях ограничений на передвижение трудовых мигрантов и ситуации с коронавирусом Таджикистан, Узбекистан залатывают дыры в бюджете за счет безудержного набирания иностранных кредитов, которые, естественно, ложатся бременем на плечи населения.

— При этом, никаких структурных реформ (за исключением некоторых косметических мер, направленных на укрепление рейтинга президента Узбекистана) ни в одной из стран не проводится. Я не ожидаю никаких позитивных изменений в этих государствах. Напротив, социальное напряжение нарастает, расслоение в обществе усиливается, что создает взрывоопасную среду, — пояснил собеседник.

Хамроев констатировал, что в этих условиях происходят локальные конфликты наподобие приграничных кыргызско-таджикских столкновений. Естественно, власти обеих республик их используют для «разогрева» патриотических настроений, ослабевших на фоне кризиса, и успешно создают образ врага, отвлекающий население от насущных проблем. Эксперт обратил внимание, что  масштабы кризиса настолько серьезны, что такие мероприятия не могут надолго отвлечь внимание народа, и проблемы лишь продолжают усугубляться.

Ширма в виде угрозы терроризма

Муссируемые темы религиозного экстремизма, международного терроризма, афганской угрозы служат факторами, отвлекающими внимание от характера захвативших власть в регионе элит, и порожденных их правлением социальных, экономических и политических проблем. Хамроев напомнил, что эти же темы используют и иностранные игроки из числа великих держав для оправдания вмешательства во внутренние дела стран Центральной Азии, влияния на политическую, социальную и культурную повестку. За постоянными рассуждениями о региональной безопасности фактически игнорируются системные нарушения прав человека в регионе, реальная несменяемость элит и коррупция, наносящие куда больший ущерб, чем любые теракты, которых  практически нет.

Игры Турции

Регион Центральной, помимо Закавказья и Ближнего Востока также входит в зону интересов Турции. Хамроев подчеркнул, что отношение Анкары к центральноазиатским республикам не отличается от подхода великих держав. Они не расценивают страны региона как полностью состоявшиеся, независимые. 

— Для них это — лишь поле влияния и «большой игры», а не субъект международной политики. Соответственно, никто не заинтересован в развитии подлинно независимых интеграционных процессов и создании большого среднеазиатского пространства, исторически объединенного географией, культурой и религией. Более того, такое пространство воспринималось бы как нежелательный вызов для существующей системы. Хотя, как я уже отметил, республики имеют все предпосылки для интеграции. Вместо этого, как особенно рельефно показали последние события на кыргызско-таджикской границе, мы видим не центростремительные, а центробежные тенденции, — выразил мнение эксперт.

Хамроев прямо заявил, что Турция с ее политикой пантюркизма, вновь взятой на вооружение с уходом премьер-министра Ахмета Давутоглу, продвигавшего концепцию неоосманизма, фактически играет на раскол среднеазиатского пространства, вбивая клин между тюркским и многочисленным таджикским, а также русским населением региона. 

Он указал, что Турция активно действует в гуманитарной сфере, продвигает пантюркистские проекты (надо понимать, что религия используется именно в этих целях). Турецкий бизнес очень активно работает в регионе. Однако у Анкары нет реальных возможностей обеспечить стабильность и полноценное экономическое и политическое развитие в регионе.  

— При этом, пантюркистский сантимент дезориентирует население, и вместо интеграционных процессов порождает напряжение и раскол. Надо понимать, что Турция является страной НАТО, причем, со второй по своей мощи армией. Естественно, такое положение нервирует как Россию, так и Китай, воспринимающих подобную ситуацию в качестве угрозы, заставляя проводить более активную, подчас силовую политику в регионе, что также не способствует стабильности, — дал оценку эксперт.

Собеседник добавил, что активность Анкары приводит лишь к дополнительной напряженности в регионе.

17 июн 2021, 12:41

Бахром Хамроев

Источник фото: yenicag.ru

Ключевые события