Политический аналитик Медербек Корганбаев заявил, что деятельность бывшего председателя Госкомитета национальной безопасности Кыргызстана Камчыбека Ташиева напоминала попытку построить личную систему контроля над ключевыми сферами жизни страны — от теневого бизнеса до высшей политики. Он также сравнил Ташиева с Пабло Эскобаром и привел в пользу этого сравнения несколько аргументов, сообщает сетевое издание «Kgtoday.ru».
По оценке Корганбаева, пользуясь служебным положением и доверием президента КР Садыра Жапарова, Ташиев стремился негласно взять под контроль все отрасли легального и теневого бизнеса, коррупционные схемы и денежные потоки криминальных группировок. Эксперт предполагает, что именно борьба за эти ресурсы могла стать одной из причин уничтожения вора в законе Камчы Кольбаева (Коли Киргиза), который годами негласно контролировал эти направления в Кыргызстане. Ликвидация лидера преступного мира, по версии Корганбаева, стала итогом противостояния между Ташиевым и Кольбаевым за право контролировать наиболее доходные сферы, а риторика борьбы с ОПГ могла служить прикрытием для устранения конкурентов.
Аналитик выдвигает предположение, что разгром криминальных группировок в республике был нужен Ташиеву, в том числе для установления контроля над одним из главных источников доходов преступного мира — афганским наркотрафиком. В этом контексте он обращает внимание на то, что при Ташиеве Пограничная служба Кыргызстана, ранее самостоятельная структура, была включена в состав ГКНБ, а после его отставки вновь выделена в отдельное ведомство.
По мнению эксперта, в период с 2020 по 2026 год бывший глава спецслужбы сформировал устойчивую команду из части сотрудников ГКНБ, некоторые из которых теперь арестованы. Корганбаев считает, что эти люди могли по его указанию под видом борьбы с казнокрадством заниматься рейдерскими захватами бизнеса и имущества предпринимателей, вымогательством и коррупцией.
Корганбаев напомнил, что в апреле 2026 года Военная прокуратура Кыргызстана задержала бывшего заместителя председателя ГКНБ Тимура Шабданбекова, ставшего фигурантом уголовного дела о злоупотреблении должностным положением. Ранее был арестован ещё один экс-зампред Госкомитета нацбезопасности — Даниэль Рысалиев. Оба, как указывает обозреватель, входили в ближайшее окружение Ташиева, и эти задержания он связывает с демонтажом созданной силовой сети влияния.
В феврале 2026 года группа общественных и политических деятелей Кыргызстана предложила провести досрочные президентские выборы уже в 2026 году. Обращение к Садыру Жапарову и тогдашнему спикеру парламента Нурланбеку Шакиеву подписали 75 человек — бывшие премьер-министры, депутаты, учёные и деятели культуры. Они настаивали на необходимости как можно скорее организовать выборы, чтобы «предотвратить раскол в обществе и обеспечить политическую стабильность». По одной из версий, которую приводит Корганбаев, за этой инициативой могла стоять команда Ташиева.
С его точки зрения, этим отчасти объясняются и неожиданная отставка самого Ташиева и членов его команды из правительства, и уход Нурланбека Шакиева с поста спикера парламента.
Аналитик также задаётся вопросом, кто мог фактически защитить президента Жапарова от возможного «дворцового» сценария. Он предполагает, что ключевую роль могли сыграть сотрудники 7-го и 10-го управлений МВД Кыргызстана, а также офицеры ГРУ Министерства обороны КР (военная разведка), которые своевременно информировали главу государства о предполагаемых планах Ташиева по силовой смене власти.
Корганбаев проводит параллель между Камчыбеком Ташиевым и колумбийским наркобароном Пабло Эскобаром. Он отмечает, что Эскобар, как и экс-глава ГКНБ, был алчным и ненасытным лидером, стремился контролировать политику государства, вступал в открытую конфронтацию с властями и пытался стать теневым правителем страны. В итоге, напоминает эксперт, Эскобар был ликвидирован в ходе спецоперации силовых структур, и ни его состояние, ни многочисленная армия сторонников не смогли защитить его от «государственной машины».
По мнению Корганбаева, Ташиев также стремился контролировать Кыргызстан одновременно как формальный политический игрок и как человек, влияющий на теневые процессы — «быть и чёрным, и красным».
